Пассажиры привыкли думать, что главная гарантия безопасности полета — исправный самолет, опытный командир и четкая работа экипажа. Но даже идеально подготовленный лайнер остается зависимым от людей в кабине. Что произойдет, если один из пилотов внезапно потеряет контроль над собой или решит действовать вопреки интересам экипажа и пассажиров?

Именно этот вопрос вновь оказался в центре внимания после чрезвычайного происшествия на рейсе Flydubai, следовавшем из Дубая в Тель-Авив 30 сентября. Самолет пришлось экстренно посадить в Саудовской Аравии после инцидента в кабине пилотов. Случай заставил специалистов вновь обсуждать не только подготовку летчиков, но и то, насколько тщательно оценивается их психологическая совместимость.

Что случилось на борту Flydubai

Рейс FZ1073 выполнял перелет из Дубая в Тель-Авив. Примерно через два с половиной часа после вылета самолет неожиданно начал резко терять высоту. По данным Flightradar24, лайнер за короткое время снизился примерно на 14 тысяч футов, после чего были переданы аварийные сигналы, в том числе код 7500, который используется для обозначения незаконного вмешательства в управление воздушным судном.

Вскоре появились сообщения о конфликте непосредственно в кабине. По предварительной версии, один из пилотов напал на командира воздушного судна и попытался получить контроль над самолетом. Израильские власти заявляли, что действия могли быть направлены на намеренное крушение лайнера. При этом первоначальные сообщения отличались деталями, а официальное расследование должно установить точную последовательность событий и мотивы нападавшего.

Ситуацию удалось стабилизировать благодаря действиям экипажа и находившихся на борту людей. Самолет был перенаправлен в Саудовскую Аравию и благополучно сел в аэропорту Табук. Пилоты получили травмы и были госпитализированы.

Именно необычность произошедшего и вызывает главный вопрос: можно ли было заранее заметить, что один из членов экипажа потенциально способен стать угрозой?

Почему пилотов проверяют не только на умение управлять самолетом

Отбор пилота — это значительно больше, чем проверка того, способен ли человек взлететь, выполнить маршрут и посадить воздушное судно.

Пилот должен уметь работать в условиях стресса, быстро принимать решения, соблюдать процедуры и взаимодействовать с другими членами экипажа. В современной авиации большое значение имеет так называемая CRM-концепция — управление ресурсами экипажа. Ее задача заключается в том числе в том, чтобы пилоты могли эффективно взаимодействовать, распределять обязанности и замечать ошибки друг друга.

Однако даже самая совершенная система подготовки не способна со стопроцентной вероятностью предсказать поведение человека в экстремальной ситуации.

Психологическая оценка позволяет выявлять определенные особенности личности, проблемы с поведением и другие факторы риска. Но она не является способом предсказать каждый возможный поступок человека в будущем. Между плановым медицинским или психологическим обследованием и конкретным полетом может произойти множество изменений в жизни пилота.

Поэтому безопасность строится не на одном тесте, а на целой системе контроля: подготовке, медицинских осмотрах, проверке квалификации, тренировках в экипаже, контроле соблюдения процедур и анализе возникающих инцидентов.

Важна ли совместимость двух пилотов

В кабине пассажирского самолета командир и второй пилот проводят много часов вместе. Им приходится постоянно обмениваться информацией, контролировать действия друг друга и принимать решения в условиях, когда ошибка одного может привести к серьезным последствиям.

При этом хорошая совместимость не означает, что два человека должны быть друзьями.

Напротив, профессиональная система предусматривает возможность открыто указать коллеге на ошибку, возразить командиру и потребовать выполнения процедуры, если ситуация этого требует. Чрезмерная уступчивость иногда может быть опаснее обычного рабочего спора.

Главное — чтобы конфликт не мешал выполнению обязанностей.

Именно поэтому в авиации большое внимание уделяется способности экипажа взаимодействовать в стрессовой обстановке. На тренировках моделируются ситуации, когда один человек ошибается, возникает дефицит времени или между членами экипажа появляется разногласие. Пилоты должны не просто знать инструкции, но и уметь действовать как единая команда.

Однако предсказать намеренный поступок человека значительно сложнее, чем проверить его реакцию на смоделированную аварийную ситуацию.

Почему невозможно полностью исключить человеческий фактор

Авиационная отрасль десятилетиями совершенствовала системы безопасности именно потому, что человеческий фактор остается одним из наиболее сложных элементов.

Можно регулярно проверять состояние самолета, контролировать техническое обслуживание и тренировать экипаж на тренажерах. Но невозможно постоянно контролировать все мысли и намерения человека.

Кроме того, международные авиаперевозки предполагают участие сразу нескольких государств и организаций. Пилот может иметь лицензию одной страны, работать на авиакомпанию другой, а выполнять рейс в третью. Поэтому проверка его прошлого и профессиональной истории иногда требует обмена информацией между разными национальными структурами.

Именно вопросы межгосударственного обмена информацией оказались в центре внимания после инцидента с Flydubai. Расследование продолжается, а различные ведомства проверяют обстоятельства допуска экипажа к выполнению рейса.

А что с пассажирами-дебоширами?

Пока специалисты обсуждают безопасность непосредственно в кабине пилотов, в России отдельно усиливается контроль за пассажирами, которые способны создать проблемы во время полета.

28 сентября группа сенаторов внесла в Госдуму законопроект № 1349626-8, предусматривающий расширение оснований для включения авиадебоширов в специальные реестры. Среди предлагаемых изменений — возможность учитывать случаи мелкого хулиганства, а также увеличить срок ограничения на перевозки для повторных нарушителей с одного года до трех лет.

Еще одна важная идея — обмен информацией между авиакомпаниями. Сейчас нарушитель в определенных ситуациях может столкнуться с ограничениями у одного перевозчика, но попытаться купить билет у другого. Правительство в целом поддержало инициативу, однако предложило сделать обмен такими сведениями не правом, а обязанностью перевозчиков и определить единый порядок ведения соответствующих реестров.

При этом речь идет не о пожизненном запрете на полеты. В законопроекте предусмотрены сроки ограничений и отдельные ситуации, когда перевозчик не сможет отказать пассажиру, например при возвращении в Россию при отсутствии другого способа добраться до страны или в некоторых случаях, связанных с лечением и семейными обстоятельствами.

Можно ли сделать полет абсолютно безопасным?

После любого чрезвычайного происшествия возникает естественное желание найти механизм, который позволил бы заранее выявлять потенциально опасного человека. Но в авиации не существует одной проверки, способной дать такую гарантию.

Безопасность пассажирского рейса — это система из множества уровней защиты. Подготовка пилотов, медицинский контроль, психологические оценки, тренировки, правила работы экипажа, технический контроль самолета и действия наземных служб дополняют друг друга.

История рейса Flydubai показывает, насколько важным остается человеческий фактор даже в одной из самых зарегулированных отраслей транспорта. При этом делать окончательные выводы о причинах произошедшего пока рано: расследование должно установить, что именно произошло в кабине, почему возникла угроза и были ли признаки, которые могли позволить обнаружить ее заранее.

В авиации именно такой разбор — от технической неисправности до действий конкретного человека — становится основой для новых правил. И зачастую самые важные изменения в системе безопасности появляются именно после событий, которые раньше казались практически невозможными.

Без автора